МОЁ ОТЕЧЕСТВО
СТИХОТВОРЕНИЯ СОВРЕМЕННЫХ ПОЭТОВ
Сайт поддержки специальной операции российской армии в Донбассе и на территории Украины
Виктор Петров
Лауреат Всероссийской литературной премии им. М.А. Шолохова, обладатель "Золотого Витязя", поэт, критик, публицист, главный редактор ордена Дружбы народов литературно-художественного журнала "Дон" (Ростов-на-Дону). Публикации в "Литературной газете", в журналах "Наш современник", "Юность", автор 19 книг – "Лезвие", "Грань", "Болевой порог", "Твердь", "Окуляр", "Взлёт креста" и другие.
Я родился в городе Авдеевке волей случая. Воинская часть отца стояла на станции Успенской, где он встретил мою маму и, когда той приспело разрешиться, отвёз её для надёжности в авдеевский роддом. А вскоре бабушка Устинья Харитоновна крестила меня в Успенской церкви. Каждое лето в детстве проводил в Успенке, где петухи распевали на две стороны – русскую и украинскую. Наша хата стояла на меже родственных земель. Живя с отрочества на Дону, мне довелось служить ракетчиком в прикарпатских лесах да болотах и начинать в двадцать лет журналистскую карьеру в многотиражке завода Тяжмаш (г. Мариуполь)... Когда теперь в сводках поминаются знакомые мне места, то сердце заходится от боли за происходящее. Особенно тревожат донецкие вести.
ЖАВОРОНОК

Письма Татьяне в Донецк

Одна-две мимолётные встречи иной раз удивительным образом длят твою жизнь не во времени, а в ином измерении, где чувства перехватывают горло и чудом спасает связуемая нить. Но и где узнанная тобой, или, может быть, лишь угадываемая судьба осязаема до того, что становится ближе твоей собственной. Ты готов жертвовать всем, желая охранить открывшуюся тебе душу в этом жестоком мире. И да станет оберегом твоё Слово!

1

Шубку носишь, как мантию,
Свет златится оплечь
Так, что взоры туманит
И срывается речь.

Ты морозом целована –
Тает снег на губах...
И затрону ли словом,
Сам ничтожный, как прах?

Лучше сразу на лобное
Место мне укажи,
Чем замёрзнуть в сугробах
У таможни-межи.

Я захлёстнут дорогами –
Заказала мой путь.
Губы, может быть, дрогнут,
А снежинок не сдуть.

Королевской ли милостью
Дан донецкий мне сон?
Если даже примстилось,
Да не кончится он!

2

Когда тебя караулит комендантский час
И ты, срывая дыхание, спешишь домой,
Молю Всевышнего, чтобы сохранил и спас
Расстрельный город, терзаемый осадной тьмой.

Татьяна, прядка твоя – свечение свечи,
Кольцо Сваровски мерцает... Не сама ли свет?!
Отыскиваешь наощупь в сумочке ключи,
Закрыла двери и открываешь интернет.

И вот уже переходишь в заэкранный мир –
Забыться, не видеть ничего, не знать о тех,
Кому охота превратить в убийственный тир
И город, и полночь, и слово, и сон, и смех.

Напишешь коротко мне в сети: "Переживём..."
А я ищу последнюю сводку о тебе:
Смотрю на карту, испепелённую огнём,
И ненавижу упражняющихся в стрельбе.

Дымится чёрное с белым – взрывы на снегу,
Но в "Одноклассниках" фото выставишь опять:
Оружие у тебя – презрение к врагу,
Твоё сопротивление – выжить, устоять.

Уже никто не сможет заставить быть иной,
Хотя и жилочка проступает на виске,
Когда Валькирия пролетает стороной
И выстрел залповый громыхает вдалеке.

Твои уроки русского – пятый класс, шестой –
Да не прервёт шальная осколочная месть!
Идёшь по городу, ослепляя красотой,
И что бы там ни было, такая ты – как есть.

3

Было ни холодно ни жарко мне –
Стал просыпаться чуть свет.
Ты адаптированный жаворонок.
Почту открою – да? нет?..
Запад кровавит небо сутками:
Письма с войны – из темна.
Чудишься, птаха, в полусумраке,
Если стою у окна.
Счастье какое ты, несчастье ли,
Знать бы, да знать не хочу:
То, что случилось, пусть случается –
Чиркнет крыло по плечу.
Метка, а может быть, глубокая
Рана, и чтоб – навсегда!
Только посмотришь, волоокая,
Сердце летит в никуда.
Оберегаешься запретами,
И всё равно – не избыл,
Следуя за курсором трепетным
По мановению крыл.
Будешь со мной, не будешь рядом ты,
Правое дело в ином:
Правдами всеми и неправдами
Жаворонок – за окном!

4

Блокадный город с псевдонимом Сталина
Своих не сдаст и не уступит силе:
Пускай стальное имя заменили,
Но сущность непреклонная оставлена.

И знаю, есть в тебе черта упрямая:
Взглянуть на мир с отчаянным прищуром...
А все переговоры на смех курам –
Зияют окна выбитыми рамами.

Оплакать ли, да разве плачи русские
И нам с тобою родственная мова
Облегчат душу?.. Нету слов – ни слова,
Когда мертвеет в небе солнце тусклое!

5

Разгадать захочу
Твой фиалковый сон
И уйду за кордон,
Уподобясь лучу.
Что граница? Ничто,
Коль на раз пересечь!
Да об этом ли речь –
Не задержит никто.
Мы с тобой не вдвоём –
Нас как будто бы нет,
Но фиалковый свет
Бьёт в оконный проём.
И навстречу лучу,
А быть может, и мне
Тень скользнёт по стене,
Как хотел, как хочу...
Тень твоя или сон?
Знать не знаю теперь,
Если столько потерь
С двух родимых сторон.
Адом сделался рай,
Да неужто навек?
Не убий, имярек,
Сам же не умирай!
На окраине сна
И разрывы, и тлен,
И проломами стен
Засквозила весна.
Мой лазоревый склон
Ослезили цветы:
Взор ли бросила ты –
Как фиалковый сон?

6

Так что же это деется,
Какой такой рассвет,
Когда сама – как деревце –
Таишь в себе ответ?

Цветёшь, черешня вешняя –
Цветенью нет конца:
Безгрешная ли, грешная,
А только без кольца...

Недаром раскольцована
И тем вольным-вольна,
И пусть ветра свинцовые,
Война пусть – не война.

Останешься незнаемой –
Права? да не права! –
И на закатном знамени
Прочтёшь мои слова.

Законы соловьиные
Вспорхнут из темноты,
А мир сойдётся в имени,
Какое носишь ты.

Ростов-на-Дону